– Почему? – спросила Рена.

– Да потому, что потребовалась бы громадная сила, чтобы привести в движение туманность и придать ей такую скорость. Это отнюдь не невозможно, но, поскольку внешнее окружение острова состоит главным образом из вакуума, цифра измерения силы, которая могла бы действовать на туманность, умножается на порядок увеличения. Мы не можем определить никакого физического или энергетического воздействия на остров, ergo [Ergo – вследствие этого, поэтому (лат.) ] нет ветра, чтобы проталкивать его. Мы допускаем, что он все еще может удаляться от своей отправной точки, но, поскольку колебания внутри указывают на определенно пассивное строение, на такую возможность непохоже.

– Так что мы и в самом деле летим, – заключил Макфи.

– Вроде бы на то похоже.

– Не хотел бы я испортить вам всю картину или что-то в таком роде, – вмешался Кохрейн. – Но не думаете ли вы, ребята, что мы, возможно, падаем?

– Направление полета, которое мы можем определить по туманности, заставляет сделать вывод, что на это непохоже, – опроверг его предположение Сайнон. – Движение-то кажется горизонтальным. Наиболее вероятное объяснение – это что мы появились с относительной скоростью, отличной от скорости туманности. Кроме того, если бы мы падали с тех пор, как здесь появились, тогда то, по направлению к чему мы падали бы, к настоящему времени, безусловно, было бы видно, чем бы оно ни было. Если бы образовалось такое мощное гравитационное поле, оно было бы поистине громадным: в несколько раз крупнее огромного газового скопления вокруг Юпитера.